achernega (achernega) wrote in kraeveds_spb,
achernega
achernega
kraeveds_spb

Categories:

Финские деревни как фундамент Петербурга

Удивительно, сколько интересных сведений открывается в книге, которой в обед сто лет. Так, в современной краеведческой литературе я не встречал ещё столь подробного экскурса в географию невских берегов до основания Петербурга. Хотя читал много. П.Н. Столпянский в разных главах своей книги "Как возник, основался и рос Санкт-Петербург" даёт сведения о финских деревнях, ставших "фундаментом" новой русской столицы. Эти сведения следует обобщить.

Вот план местности из книги:


Краеведам широко известно имение шведского майора Канау (на плане №3). Столпянский уточняет: дом офицера стоял там, где ныне находится Михайловский замок. От него до Невы был разбит сад по голландскому образцу, который и стал основой петровского Летнего сада.

На месте нынешнего Адмиралтейства находилась деревня в "пять дворов и семь душ мужского пола, сена косили 90 копен, а хлеба сеяли 18 коробей" (на плане №4).

Примерно на месте площади Труда располагалась деревня Гавгуево. В более современной литературе эта деревня обозначается как раз на месте Адмиралтейства. У Столпянского это не так (на плане №5). Гавгуево было превращено Петром I в каторжный двор.

На стрелке Васильевского острова, в деревне Гирвисари, был построен охотничий дом Якова Делагарди (№6). На месте будущей Галерной гавани - селение Рюненя (№6). Это селение состояло всего из одного двора. Здесь жили лоцманы, которые проводили корабли по Финскому заливу через многочисленные мели.

На Фомином (будущем Петербургском) острове находилось большое поместье Биркенгольм (мыза Берёзовая). В новгородское время оно представляло собой село в 36 дворов с населением примерно 180 человек. Это было самое крупное поселение в устье Невы, если не вспоминать о Ниене. В нём были "двор тиун на приезде, без пашни" (то есть дом для приезда великокняжеского судьи, на плане №7).

Почти все первые петербургские сооружения строились на месте финских деревень. Почва на этих местах была уже обработана, укреплена. Следовательно, требовалось меньше усилий к подготовке строительства. Пётр I знал толк в экономии, а значит не мог не воспользоваться уже готовыми средствами. Поэтому неудивительно, что город у крепости святых Петра и Павла стал строиться как раз там, где ещё со времён Ивана III было большое село (Биркенгольм). Первыми же здесь поселились строители крепости во главе с самим царём.

Тоже самое произошло с Адмиралтейством. Когда Пётр I решил строить на берегу Невы верфь, то самым удобным местом для неё был Ниеншанц. Но царь уже облюбовал для себя сад Канау. А новая верфь должна была быть под его присмотром. Вот почему Пётр I выбирает место для строительства Адмиралтейства на том же острове, где он жил сам, на месте безымянной деревни (на плане №4). Вокруг был лес, болото, надо было укреплять почву. Здесь же можно было воспользоваться работой финнов. И даже при том, что напротив деревни была отмель, верфь всё-таки заложили. Вскоре верфь была построена и в устье Охты.

С юга, по трассе современного Лиговского проспекта, ко всем этим деревням шла Большая Новгородская дорога. Примерно в конце современной Кирочной улицы она делилась на три тропы. Западная вела к Безымянному Ерику (Фонтанке), пересекала её (в районе Пантелемоновского моста), огибала усадьбу майора Канау, и далее вдоль берега Невы шла ко взморью. Средняя тропа шла к мызе Северина (район Литейного моста). Восточная - к Спасскому посаду, к перевозу в Ниеншанц.

Таким образом, мы можем говорить об финских деревнях в устье Невы как о своеобразном фундаменте Санкт-Петербурга. Именно они стали одним из оснований для быстрого роста нового города.

Оригинал статьи: http://achernega.livejournal.com/23504.html
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments